Сомерсет Моэм. Человек со шрамом

В первый раз я направил на него внимание конкретно из-за этого шрама, широкого и

красноватого, который огромным полумесяцем пересекал его лицо от виска до

подбородка. Разумеется, это был след ужасной раны, или от удара саблей,

или от осколка снаряда. Во всяком случае, этот шрам смотрелся удивительно на

его круглом, благодушном лице с Сомерсет Моэм. Человек со шрамом маленькими, незаметными чертами и

простоватым выражением. Ну и само лицо как-то не вязалось с таким большим

телом. Это был могучий человек, выше среднего роста. На нем всегда был

один и тот же поношенный сероватый костюмчик, рубаха цвета хаки и мятое

сомбреро. Вид у него был не очень чистоплотный. Каждый денек ко Сомерсет Моэм. Человек со шрамом времени

коктейля он возникал в гватемальском "Палас-отеле" и, нерасторопно

расхаживая по бару, продавал лотерейные билеты. Если это был его заработок

на жизнь, то жил он, по всей вероятности, очень бедно, так как я ни

разу не лицезрел, чтоб кто-либо купил у него билет; но время от времени ему

предлагали испить. Он никогда не отрешался Сомерсет Моэм. Человек со шрамом. Человек со шрамом пробирался

меж столиками осторожно и как-то враскачку, как будто привык ходить пешком

на дальние расстояния, останавливался у каждого столика, с легкой ухмылкой

называл номера собственных билетов и, если на него не направляли внимания, с той

же ухмылкой двигался далее. По-видимому, он практически всегда был под хмельком.

Как Сомерсет Моэм. Человек со шрамом-то вечерком, когда я с одним знакомым стоял у стойки в баре - в

гватемальском "Палас-отеле" готовят потрясающий сухой мартини, - человек

со шрамом подошел к нам и опять, уже в который раз, вынул для моего

обозрения свои билеты. Я покачал головой, но мой знакомый приветливо

кивнул ему.

- Que tal, генерал? Как дела Сомерсет Моэм. Человек со шрамом?

- Ничего. Дела идут не искрометно, но бывало ужаснее.

- Что будете пить?

- Бренди.

Выпив залпом, он поставил рюмку и кивнул моему знакомому.

- Gracias. Hasta luego [Спасибо. До скорой встречи (исп.)].

Потом он отошел от нас и стал предлагать свои билеты другим.

- Кто таковой? - спросил я. - Какой у него страшный шрам на лице Сомерсет Моэм. Человек со шрамом.

- Да, он его не декорирует. Этот человек - изгнанник из Никарагуа.

Очевидно, головорез и бандит, но хороший малый. Я даю ему время от

времени несколько песо. Он был генералом, возглавил там бунт, и если б

не кончились боеприпасы, он свергнул бы правительство и был бы военным

министром, а не продавал лотерейные билеты Сомерсет Моэм. Человек со шрамом в Гватемале. Его захватили

вкупе со всем штабом и судили военным трибуналом. Такие дела там решаются

стремительно, и его приговорили к расстрелу. В плену, нужно мыслить, ему сходу

стало ясно, что его ожидает. Ночь он провел в кутузке и совместно с остальными -

всего их было пятеро - коротал время за игрой в покер Сомерсет Моэм. Человек со шрамом, используя заместо

фишек спички. Он гласил мне, что никогда в жизни у него не было таковой

полосы невезения. На рассвете в камеру вошли бойцы, чтоб вести

заключенных на казнь. К этому времени он успел проиграть больше спичек,

чем обыденный человек может использовать за целую жизнь.

Их вывели в тюремный двор и поставили к Сомерсет Моэм. Человек со шрамом стенке, всех пятерых в ряд лицом

к бойцам. Но ничего не последовало, и наш друг спросил, какого черта их

принуждают ожидать. Офицер ответил, что ожидают прибытия генерала -

командующего правительственными войсками, который пожелал находиться

при экзекуции.

- В таком случае я еще успею выкурить сигарету, - произнес наш друг. -

Генерал никогда не отличался точностью.

Но Сомерсет Моэм. Человек со шрамом чуть он закурил, как генерал - меж иным, это был Сан-Игнасио, вы

с ним, может быть, встречались - появился во дворе в сопровождении собственного

адъютанта. Были выполнены обыденные формальности, и Сан-Игнасио спросил

осужденных, нет ли у кого-нибудь из их последнего желания. Четыре

ответили негативно, но наш друг произнес:

- Да, я желал Сомерсет Моэм. Человек со шрамом бы попрощаться с супругой.

- Bueno [хорошо (исп.)], - произнес генерал, - я не возражаю. Где она?

- Ожидает у ворот кутузки.

- Тогда это займет не больше 5 минут.

- Даже меньше, сеньор генерал, - произнес наш друг.

- Отведите его в сторону.

Два бойца вышли вперед и отвели осужденного в обозначенное место. Офицер

по кивку генерала отдал команду, раздался Сомерсет Моэм. Человек со шрамом нестройный залп, и те четыре

свалились. Они свалились удивительно - не разом, а один за одним, несуразно дергаясь,

как куклы в кукольном театре. Офицер подошел к ним и разрядил оба

ствола пистолета в того, который был еще живой. Наш друг докурил сигарету и

отшвырнул окурок.

В это время у ворот вышло Сомерсет Моэм. Человек со шрамом какое-то движение. Во двор резвыми

шагами вошла юная дама - и в один момент тормознула, схватившись рукою

за сердечко. Позже она вскрикнула и, протянув руки, ринулась вперед.

- Caramba [черт возьми (исп.)], - произнес генерал.

Дама была вся в черном, волосы покрыты вуалью, лицо безжизненно

бледное. Практически девченка - тоненькая, с правильными чертами лица и большими

очами Сомерсет Моэм. Человек со шрамом. На данный момент в этих очах застыл кошмар. Она бежала, полуоткрыв рот, и

так была великолепна в собственном горе, что даже у этих ко всему безразличных

боец вырвался возглас изумления.

Мятежник шагнул ей навстречу. Она кинулась к нему в объятия с осиплым

страстным кликом: Alma demi cora! Son - сердечко души моей.

Он Сомерсет Моэм. Человек со шрамом прильнул к ее губам. В то же мгновение выхватил ножик из-под рваной

рубашки - мозгу непостижимо, как ему удалось его там упрятать, - и стукнул ее

в шейку. Кровь хлынула из перерезанной вены, обагрив его рубашку. Он опять

обнял супругу и прижался к ее губам.

Многие не сообразили, что вышло - так стремительно все свершилось Сомерсет Моэм. Человек со шрамом, - у

других же вырвался вопль кошмара, они кинулись к нему и схватили его за

руки: дама свалилась бы, если б адъютант генерала не схватил ее. Она

была без сознания. Ее положили на землю и обступили, растерянно смотря на

нее. Мятежник знал, куда нанести удар: приостановить кровь было нереально.

Через минутку адъютант, стоявший около Сомерсет Моэм. Человек со шрамом нее на коленях, поднялся.

- Она мертва, - шепнул он.

Мятежник перекрестился.

- Почему ты это сделал? - спросил генерал.

- Я обожал ее.

Как будто вздох пробежал по рядам; все взоры были ориентированы на убийцу.

Генерал молчал и тоже смотрел на него.

- Это был великодушный поступок, - произнес в конце концов генерал. - Я не Сомерсет Моэм. Человек со шрамом могу

казнить такового человека. Возьмите мою машину и отвезите его на границу.

Сеньор, свидетельствую вам свое почтение как смелый человек смелому

человеку.

Послышался ропот одобрения. Адъютант тронул убийцу за плечо и, не

сказав ни слова, зашагал меж 2-мя бойцами к ожидавшей машине.

Мой знакомый замолк, и я некое время тоже Сомерсет Моэм. Человек со шрамом молчал. Должен увидеть,

что он был гватемалец и гласил со мной по-испански. Я постарался как

можно лучше перевести то, что услышал, сохранив даже и его несколько

напыщенный слог. Если честно, я думаю, что он полностью соответствует

рассказу.

- Но откуда же этот шрам? - спросил я в конце концов.

- А, это он однажды откупоривал Сомерсет Моэм. Человек со шрамом бутылку, и она разорвалась у него в

руках. Бутылка шипучки.

- Никогда не обожал шипучки, - произнес я.


solyanka-sbornaya-myasnaya-157.html
solyanoj-bunt-aleksej-chapigin-razin-stepan.html
solzhenicin-a-i--sochinenie.html